— Тарантас — мой! — крикнула она таким
болезненным криком, что всем сделалось и неловко и совестно. — Мой! мой! мой тарантас! Я его… у меня доказательства… свидетели есть! А ты… а тебя… ну, да уж подожду… посмотрю, что дальше от тебя будет! Дети! долго ли?
Увидав однажды, как они кулаками тузят друг друга, я, невзирая на свою обычную сдержанность, разразился
болезненным криком, дошедшим до слуха отца, который, бросив гостей и карты, прибежал узнать, что случилось.
Послышались шаги, показался между деревьями доктор Благово в шелковой рубахе, в высоких сапогах. Очевидно, здесь, около яблони, у них было назначено свидание. Увидев его, она бросилась к нему порывисто, с
болезненным криком, точно его отнимали у нее...
Ротшильд помертвел от страха, присел и замахал руками над головой, как бы защищаясь от ударов, потом вскочил и побежал прочь что есть духу. На бегу он подпрыгивал, всплескивал руками, и видно было, как вздрагивала его длинная, тощая спина. Мальчишки обрадовались случаю и бросились за ним с криками: «Жид! Жид!» Собаки тоже погнались за ним с лаем. Кто-то захохотал, потом свистнул, собаки залаяли громче и дружнее… Затем, должно быть, собака укусила Ротшильда, так как послышался отчаянный,
болезненный крик.
Я напрасно доискиваюсь, милостивый государь, причин этого презрения, с которым вы встречаете первый
болезненный крик народа, проснувшегося в тюрьме, этот стон, сдавленный рукою тюремщика.
Неточные совпадения
В то же мгновение я услышал человеческий
крик и затем
болезненный стон.
«La bas» заканчивается
криком отчаяния,
болезненным протестом против современной жизни, против современной Франции и Парижа.
Пашка визжал на весь двор и дрягал ногами, а верёвка всё шлёпалась об его спину. Илья со странным удовольствием слушал
болезненные и злые
крики своего врага, но слова кузнеца наполнили его сознанием своего превосходства над Пашкой, и тогда ему стало жаль мальчика.
Когда я пожал руку Мани, рука эта была холодна как лед, и в тихом «прощайте», которое выронила мне Маня, было что-то
болезненное, как далекий
крик подстреленной птицы.
Сегодня я уже не восторгаюсь и не боюсь, и меня колом не заставишь разинуть рот для пения или
крика, но зато появилась в душе какая-то тянущая тоска, почти
болезненная меланхолия.
Значит, опять пойдут слезы,
крики, проклятия, чемоданы, заграница, потом постоянный
болезненный страх, что она там, за границей, с каким-нибудь франтом, италианцем или русским, надругается надо мной, опять отказ в паспорте, письма, круглое одиночество, скука по ней, а через пять лет старость, седые волосы…
Эта надежда осуществилась, но вместе с
криком ребенка — девочки,
криком, возвестившим о новой зажегшейся жизни, раздался
болезненный, стонущий вздох матери — вестник жизни угасшей. Это был последний вздох. Елены Афанасьевны Горбачевой не стало. У постели умершей матери и колыбели новорожденного младенца рыдал неутешный вдовец.